"Бедность - худшее из рабств"

16 апреля 2017, 00:01
0
3
251

Павел Пожигайло: Если бы не Столыпин, Первая мировая началась бы в 1909 году

Пётр Столыпин

Фигура самого известного премьер-министра Российской империи по-прежнему вызывает дискуссии в обществе, пишет "КП".

В канун 155-летия со дня рождения Петра Аркадьевича Столыпина к нам в редакцию поговорить о том, каким был Столыпин, пришел член Общественной палаты РФ, президент фонда изучения наследия П. А. Столыпина Павел Анатольевич Пожигайло.

ДАЖЕ ПРЕМЬЕР НЕ ПРОРОК В СВОЕМ ОТЕЧЕСТВЕ

- Петр Аркадьевич Столыпин закончил университет и стал делать блестящую карьеру. Сразу после выпуска он стал чиновником 10 класса табеля о рангах, когда его сверстники довольствовались 14-м классом. А в 39 лет он уже статский советник, звание между полковником и генерал-майором в переводе на военные чины.

- Он был человеком выдающихся интеллектуальных способностей, гигантского масштаба личности. Это очень важно для человека, когда сознание еще не замутнено разными корыстными интересами, которые всегда немного понижают личностные возможности. Коррупция или карьерные выгоды – и человек становится более приземленным. Столыпин был абсолютно свободен от этих негативных черт. Любимый ученик Менделеева, между прочим.

- Ну, он ведь был состоятельным человеком, да и женился выгодно на богатой невесте.

- Он не был по современным понятиям каким-то олигархом. Жил на зарплату. И вообще, в целом не думал про деньги. И в этом смысле у него не было ограничения на земные интересы, что мне кажется, очень важно для любого руководителя такого уровня. И очень часто в письмах его жена, когда он был премьер-министром, писала: «Петруша, мог бы ты попросить того-то одолжить пять рублей, потому что у нас нет денег заплатить за школу?»

- Но поступал достаточно часто весьма решительно. Ведь так? 21 июня 1902 года он прибыл в Гродно, куда его назначили губернатором, разместился, поужинал, а уже на следующий день утром встал, позавтракал и закрыл Польский клуб. Чтобы оттуда не распространялась «революционная польская зараза». Который до этого несколько десятилетий, как я понимаю, там существовал. И польский вопрос стоял достаточно остро, было много сторонников среди интеллигенции, шляхетства местного и т.д.

- А в 1911-м, за три месяца до смерти в своих «Записках по национальному вопросу» Столыпин, используя и свой опыт не только Гродненский, но и Ковенский, а он до того был Ковенский предводителем дворянства, а это Литва практически, предложил сделать демаркацию польской границы по преимуществу проживающего населения. Я думаю, что он понимал стратегически, что надо сейчас эту границу определить и Польшу отпустить. Причем, он сказал, что не должно быть ни десятины туда, ни десятины сюда. По его мнению, Западная Украина уходила в Польшу, но часть Польши и Литвы, естественно, прирастала к России. И демаркацию планировал провести по той линии, где жили в основном православные русские люди. По земле мы ничего не теряли. Но вся вот эта историческая боль польского народа, тяготеющих к ним западных украинцев, униатов, тевтонский рыцарей, она отходила к Польше. Он считал, что Литва и Западная Украина пусть будет там, а мы бы, может, сегодня не имели бы всю эту историю с бандеровцами, Львовщиной и все остальное.

Прав или не прав Столыпин? Эта демаркация, которая до Вильнюса почти доходила, нам сегодня давала бы возможность прямого сношения с Калининградской областью. И для меня это предложение было решением серьезного государственного мужа, обладающего удивительным стратегическим, полупророческим даже мышлением.

СТОЛЫПИН И ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА

- Бытует мнение, что Столыпин был далек от внешнеполитических проблем. Насколько оно верно?

- Не буду зачитывать письма Извольскому, министру иностранных дел правительства российского до Сазонова.

- Которого Столыпин же снял в 1909-м?

- Да. Но надо почитать письма между ними. Снял – это было не его решение. Снял, согласившись с позицией государя. Потому что в 1909-м Извольский ошибся. А Столыпин был прав. Когда они разрешили Балканский кризис. Была аннексия Боснии и Герцеговины. Когда Извольский пишет государю: война неизбежна. Государю остается только объявить начало войны. Столыпин убеждает этого не делать. На его стороне была вдовствующая императрица Мария Федоровна. И он находит выход из ситуации. Немцы признают болгарского царя и признают за Россией контроль над проливами. И война не случилась в 1909 году.

В 30-х годах Вильгельм II вспоминал: если бы у меня был такой премьер-министр, как Столыпин, то немцы не проиграли бы ни одной войны, не наделали бы кучу ошибок. Дальше он говорит: если бы Столыпин был жив, первая мировая война бы не началась. Потому что мы обязательно с ним нашли бы какое-то решение. И тот же Вильгельм говорит, что в 1909-м причина начать войну была куда более весомая, чем в 1914-м. И только благодаря Столыпину и людям, понимающим отношениям между нами, эта война не началась. После этого был отправлен в отставку Извольский.

Столыпин напоминает в этом смысле масштабами мышления нашего сегодняшнего руководителя. Многие сейчас говорят: да чего там, внешняя политика, давайте внутреннюю. Не получится внутренней без внешней.

У Столыпина было определенное негативное отношение к англичанам. Очень хорошее – к немцам.

- А к американцам?

- Тогда с Америкой не было конфликтов. Потому что главные пакостники для нас были англичане. Начиная с Индии, подбрюшье в Средней Азии, и заканчивая Кавказом, Турцией, Архангельском и т.д. Он в этих шахматах ошибок не сделал. Делая ставку на Германию и на Америку, в противовес английским интересам, имея хорошие отношения с Францией. Даже с Австро-Венгрией у него были достаточно взвешенные отношения.

Столыпин выстраивал отношения с США. Я сегодня нигде не слышу этого в программах. Он тогда считал, что с Америкой у нас самые перспективные стратегические отношения, поскольку нет территориальных конфликтов и нет глобальных конфликтов деления сфер влияния. И американские банки предлагали тогда инвестировать в Восточную Сибирь и в Дальний Восток на условиях концессии в строительство железных дорог, разработки недр и так далее. Столыпин считал, что в противовес опасному соседству с Японией и Китаем, вечно бродящими англичанами, нам выгодно сегодня застолбить отношения с американцами и сделать большой общий, на столетия вперед экономический интерес. Но американские банки часто в этих разговорах опять обращали внимание на черту оседлости.

- Для евреев? У многих из нас Столыпин ассоциируется чуть ли не с черносотенцами, настолько реакционной его политика представлялась в учебниках.

- Прямая речь Столыпина государю: я считаю, что нужно отменить это позорное пятно в истории России. Оно ни к чему не ведет, кроме как к тому, что огромное количество людей этого очень талантливого народа могли бы пойти в бизнес, во все сферы государства России. И принести большую пользу государству. А если мы этого не сделаем, то многие из них пойдут в революцию. И Россия утонет в крови.

Дословно! Сто лет назад, но он же был прав. Потому что, когда читаешь, каким образом тот же Троцкий формировал особенно в еврейской среде пополнение революционных рядов, его способ действия во многом был основан именно на имевших место некоторых угнетениях евреев.

ТОГДА И СЕЙЧАС

- Вы сравнили Столыпина с Путиным. Петр Аркадьевич был у Николая Александровича. Но я не вижу, чтобы у Владимира Владимировича был свой Петр Аркадьевич.

- У него мы есть. Мы с ним встречались, у меня было четверо детей. В следующий раз спрашивает – у меня уже шестеро. Он искренне удивился: жену пожалей. Она сзади сидела на одном из мероприятий. Все хорошо в нашей семье. А потом он говорит: вообще это очень здорово. У него было искреннее отношение. Очень хорошо, что у тебя семья, много детей. И в нем есть какая-то необычная человеческая глубина. Что его роднит со Столыпиным.

Я считаю, что обращение к Столыпину сегодня очень актуально с той точки зрения, что он своим реформами давал возможность любому человеку, имеющему желание, труд, талант и возможности физические, завести свое дело. У тебя нет денег, у тебя нет связей, стартового капитала или еще чего-то. Отношения с банками не лучшие и прочее. Но ты мог приехать в Сибирь, тебе государство все обеспечивало. Если ты трудоспособный, ты через год, два, три уже имел какое-то хозяйство.

- А дальневосточный гектар? Разве это не попытка возродить столыпинский дух, реформы?

- Это Жванецкий, а не Столыпин. Вы поехали, вам дали где-то в тайге гектар. И дальше что? Столыпин что делал? Алтайский край – представляете, какая территория. Они брали всю эту территорию. Сотни тысяч гектаров. Они знали, что эти территории подходят для выращивания пшеницы, других культур. Они ее кадастрировали, разделяли по сельхозпродукции, которую продавали на экспорт или для внутреннего потребления. И крестьянин приезжал, сразу приезжал и садился на свой гектар в окружении таких же гектаров, которые в сумме давали продукт. Они же ехали туда не дачу строить. Они ехали, чтобы на нем что-то выращивать. Или пасти коров. И он на нем выращивал пшеницу, но он знал, что эти сто деревень вокруг все пшеницу выращивают. Потому что государство помогало им продать эту пшеницу. И у него практически был гарантированный заработок. Ему помогали построить дом, помогали вместе сделать мельницу. Они делали маслозаводы, кооперируясь между собой. Практически, они создавали целый сельхозрайон или кластер, в котором правительство позаботилось о том, чтобы вся эта земля выдавала стопроцентный КПД, на ней только надо было приложить руки. Остальное государство обеспечивало.

- Если сравнить правительство наше нынешнее и Столыпина?

- Мне не нравится, как работает сегодня правительство. Я считаю, если сравнить со Столыпиным, то сейчас нет системности, нет заботы о трудящихся. Столыпин ввел впервые социальное обеспечение рабочих. Советский Союз эти принципы сохранил. А мы их потеряли. Конечно, это неправильно.

Системность в работе правительства должна быть. Как и внятная вменяемая налоговая политика. Но если вы корову, которую планируете доить, будете бить по вымени каждый день, она молока вам не даст. Что толку с нее брать 50 литров в день, если она будет доиться на 30? Либо ее кормить надо лучше, либо условия создавать. И понимать, что дальше вы просто корову потеряете. Молока больше не будет. Сегодня сплошь и рядом это происходит. У меня иногда возникает ощущение про экономическую политику правительства: вы тогда определитесь, если вы хотите провести таким образом национализацию всего, что сегодня имеет, как правило, средний и мелкий бизнес, не олигархи, скажите честно, что мы хотим у вас все отнять. А потом еще раз вам же продать. Понятно будет.

Товарищ мой купил землю на аукционе. Хотел сделать небольшую деревеньку. Губернию просит: сделайте концепцию развития вашей территории, чтобы я понимал, что там строить. За 8 лет ничего не было сделано. Теперь у него эту землю отбирают: а чего ж ты ничего не построил? А чтобы он мог что-то построить, то должен был знать, что вокруг будет. Землю забрали. Опять на аукционе второй раз будут продавать. Это абсолютно недопустимо.

Но тогда мы должны решить, чего мы хотим. Чтобы корова нагуляла больше молока? Или мы хотим ее зарезать? Зарезать можно только один раз. Столыпин считал, что средний класс – это опора власти, стабильность, постоянные налоги, нормальное спокойное развитие страны. Сегодня основной удар идет именно по среднему классу. То, о чем говорят Титов, Глазьев и другие. Зачем это делают? У нас останется сотня олигархов, остальные будут на уровне плинтуса. К чему это приведет? Большим пророком быть не надо. Особенно в год столетия революции.

ИДЕЯ, КОТОРАЯ МОЖЕТ ВЕРНУТЬСЯ?

- То есть через сто лет опять встает вопрос о земле, о собственности?

- Столыпин пишет Толстому: «Мне кажется, что отсутствие собственности на землю крестьян создает все наше неустройство. Природа вложила в человека некоторые врожденные инстинкты, как то чувство голода, половое чувство и тому подобные. И одно из самых сильных чувств это порядка – это чувство собственности. Нельзя любить чужое наравне со своим. Нельзя обхаживать, улучшать землю, находящуюся во временном пользовании наравне со своей землей. Искусственное в этом отношении оскопление нашего крестьянина, уничтожение в нем врожденного чувства собственности ведет ко многому дурному, главное, к бедности.

 А бедность по мне – худшее из рабств. И теперь то же крепостное право за деньги – вы можете так же давить людей, как и до освобождения крестьян? Смешно говорить этим людям о свободе. Или о свободах. Сначала доведите уровень их благосостояния до той, по крайней мере, наименьшей грани, где минимальное довольство делает человека свободным». И в конце он пишет Толстому: «Вы мне всегда казались великим человеком. Я про себя скромного мнения. Меня вынесла наверх волна событий. Вероятно, на один миг. Я хочу все же этот миг использовать по мере моих сил, понимания и чувств, на благо людей и моей родины, которую люблю, как любили ее в старину. Как же я буду делать не то, что думаю и сознаю добром?»

И вот Толстой отвечает ему: «За что, зачем вы губите себя, продолжая начатую вами ошибочную деятельности? Не могущую привести ни к чему, кроме ухудшения положения общего и вашего. Смелому, честному, благородному человеку, каким я вас считаю, свойственно не упорствовать сделанной ошибки, а осознать ее и направлять все силы на исправление ее последствий.

Вы сделали две ошибки. Первая – начали насилием бороться с насилием, продолжаете делать, все ухудшая и ухудшая положение. Вторая – думали в России успокоить взволновавшееся население и ждущее, желающее только одного – уничтожения права земельной собственности, столь же возмутительного в наше время, как и полстолетия тому назад было крепостное право. Успокоить население тем, что, уничтожив общину, образовать мелкую земельную собственности. Ошибка была огромная. Вместо того, чтобы воспользоваться еще жившим в народе сознанием незаконности права личной земельной собственности, сознанием, сходящимся с учением об отношении человека к земле самых передовых людей мира, чтобы выставить этот принцип перед народом, вы думали успокоить его тем, чтобы завлечь его в самое низменное, старой, отжившее понимание отношения человека к земле, которое существует в Европе».

- Так как нам развиваться, по Толстому или по Столыпину?

- Понятно, речь идет о том, что Толстой считал, что земля должна принадлежать народу, а, соответственно, отношение с государством выстраивает каждый человек в виде налога на землю. Но собственность общая. Столыпин же шел по пути разделения этой собственности на разные паи. И каждый человек мог владеть каким-то куском этой земли.

После 17-го года Россия пошла, собственно, по Толстому. И, в конечном итоге, вот эта земля крестьянам – это то, о чем говорил Толстой. И, представляете, какой вопрос. С точки зрения нашего сегодняшнего ощущения Столыпин был прав, то есть, надо было обезличенное отношение к земле изменить, дать крестьянину, как это было в Сибири, конкретный надел. И он, действительно, эффективно работал на нем. И относился как к своей. И в то же время это не спасло Россию от революции. И лозунг: «Вся земля крестьянам!» сыграл свою огромную роль в том, что крестьяне были на стороне большевиков.

Сегодня, сто лет спустя, мы опять идем по пути частной собственности на землю. Я не исключаю, что в некотором смысле напряжение, которое есть не только в крестьянах, потому что их сейчас мало, а вообще в народе – это, в целом, отношение к справедливости. Частной собственности. Мы видим ее в отношении всем этим аукционам, то, что олигархи захватили какие-то заводы. Какой вывод я из этого делаю? Конечно, Россия, как и тогда, как и сейчас, живет в двух этих крайностях. Одна из крайностей – это в чистом виде капитализм. И в этом смысле 90-е годы оправданы. И те, кто имеет сейчас «Норильский никель», какие-то капиталы, они правы с точки зрения законов. Как и в Америке. И второе – это тяготение к некоей, с моей точки зрения, утопии, потому что, считаю, что Лев Толстой в большей степени был утопист в своем подходе. Это социализм, коммунизм или какая-то трансформация этих слоев.

Я часто задаю себе вопрос. В этом споре Столыпина и Толстого существует ли какая-то третья идея? Капитализма по-настоящему еще не было, но тот, что был в 90-е годы, сегодня вызывает отторжение. И мы прекрасно понимаем и видим, какое отношение у большинства людей сегодня к людям богатым и состоятельным. Считают их нажитое состояние незаконным и прочее. С другой стороны, 70 лет советской власти, к сожалению, привели к развалу СССР и краху этой системы. Думаю, появятся люди, которые скажут, знаете, идея-то хорошая.

Я вас уверяю, через какое-то время эта идея может вернуться.

- Я вас уверяю, она никуда не уходила.

Комментарии
3

  • "- Вы сравнили Столыпина с Путиным. Петр Аркадьевич был у Николая Александровича. Но я не вижу, чтобы у Владимира Владимировича был свой Петр Аркадьевич.

    - У него мы есть. Мы с ним встречались, у меня было четверо детей. В следующий раз спрашивает – у меня уже шестеро. Он искренне удивился: жену пожалей... Все хорошо в нашей семье. А потом он говорит: вообще это очень здорово. У него было искреннее отношение. Очень хорошо, что у тебя семья, много детей. И в нем есть какая-то необычная человеческая глубина. Что его роднит со Столыпиным."

    ---------

    Господин Пожигайло, - широко известный в очень узких кругах своими заслугами член Общественной палаты РФ и аж целый президент фонда изучения наследия Столыпина, - от скромности точно не промрёт. Параллели-то какие проводит, обратите внимание: пара Николай II Александрович и Столыпин vs Путин. Только в показаниях путается, то Президент РФ в роли императора всея Руси, а он при нем в роли министра-реформатора  (как доказательство столыпинских способностей и достижений - 6 детей), то он сам в роли императора, в конце пассажа. 

    Кароч, как много у нас гуманитериев - теоретиков развелось... спасу нет. Изменится ли ситуёвина, вопрос напрасный, имхо. Кто бы переубедил. 

    • Выпала концовка, читать "пара Николай II Александрович и Столыпин vs Путин В.В. и Пожигайло П.А."  Инфосправочку бы кто дал, чем именит г-н Пожигайло в этом ряду  cool

    • написано как керово то((сам папаша 6 детей писал?

Написать комментарий